Читаем без скачивания Гелиос 58. Том 3. Комиссар Поляков - Сергей Сигрин

Губы Полякова недовольно сжались в тонкую ниточку.

«А ты что рассчитывал обнаружить? – поинтересовался у него Терафим. – Вот, если бы ты меня слушал…»

«Заткнись, – буркнул комиссар, – и вытаскивай меня отсюда!»

Вспышка света, бросок вперёд в безвоздушном пространстве и Поляков обнаружил себя стоящим посреди пустого коридора с приглушённым освещением и цветными полосами – указателями направлений на серых стенах и полу.

«Ничего не хочу сказать такого, но эти стены кажутся мне знакомыми», – усмехнулся он.

«А у меня не было другого выбора, – настроение Тефа впервые было прескверным – его присутствие над правым плечом дополнилось неприятным покалыванием и зудом. – Даже шутить не хочется про цепочку и бычка…»

«Значит я прав, – настроение Тефа стало передаваться и комиссару. – Мы на базе «Тень».

Анализатор снабдил сознание Полякова картой внутренних помещений и любезно обозначил стрелкой цель, к которой ему предстояло отправиться. Комиссар достал дефазировщик из держателя на поясе и, почувствовав, что поле искажения установилось, неспеша пошёл вперёд.

Он миновал уже несколько переходов, спустился вниз на пять уровней, но везде его встречала лишь пустота и тишина. Это показалось ему несколько необычным для научно-исследовательской базы и он приказал анализатору определить местоположение всего персонала. И ответ искусственного интеллекта вызвал у него удивление:

«Теф, тебе не показалось странным, что нас направили сюда в самый разгар боевых действий?»

«Босс, – настроение Терафима продолжало оставаться прескверным, – то, что нам приказали – выходит за рамки всех норм морали и этики».

«Не понял, – помещение, куда ему следовало попасть, было уже недалеко и комиссар прибавил шагу. – Что здесь такого? Зайдём, посмотрим и уйдём…»

«Если бы», – мрачно буркнул напарник.

«Да, что с тобой? Мы же не собираемся никого убивать!»

Теф замолчал и сделал вид, что отвернулся. Комиссар подошёл к противовзрывным дверям и применил деатомайзер. Толстые композитные металлические листы с механическими штифтами, приводимыми в действие системами расширителей из синтетической органики, прошли перед его глазами и он очутился в помещении полном тихо гудящего оборудования. Серые стены, высокие потолки, огромные шкафы, соединённые между собой серебристыми трубами и чёрными кабелями, восемь ограждённых сеткой ребристых цилиндров, с отходящими от них прозрачными круглыми толстостенными каналами, наполненными бурлящей голубой плазмой, и управляющая панель с россыпью кнопок, экранами квантовых компьютеров и сидящими за ней операторами в серых комбинезонах со знаками научной службы армии Териса. Комиссар бросил взгляд в напряжённые лица операторов и заметил, что те смотрят на сонм ярких оранжевых точек на голографической карте звёздной системы Свелара, на огромной скорости приближающихся к базе на планете Корели. Оранжевые точки пересекались с обозначенными цифрами и буквами белыми точками, после чего, те становились красными и появлялась надпись о потере связи. Операторы отдали команду управляющему интеллекту и вокруг планеты стало образовываться защитное поле. Оно разворачивалось не так быстро, как хотелось бы операторам и тогда один из них перевёл часть энергии с системы жизнеобеспечения на генератор фрактального искажения. Комиссар одобрительно кивнул головой и подошёл к первому из высоких серых шкафов, шириной около полуметра, стоящих в ряд и обозначенных интеллектом браслета, как приоритетная цель.

«Конечно, это не выключит насовсем чудо технической мысли, – мысленно произнёс он, – но и этого будет достаточно. Как ты думаешь?»

«Иди к чёрту! – буркнул Терафим. – Бранг гелан!»

Комиссар молча достал из кармана одну из тонких серебристых пластинок – во время пребывания в нуль-переходе гелан умудрился незаметно туда их положить, и приложил её к ребристому выступу на корпусе шкафа, обозначенному как атомарный абсорбер. Пластинка моментально притянулась к серому металлу и стала холодной на ощупь. Когда последняя пластинка заняла своё место, тонкая ниточка губ Полякова сложилась в едва заметную улыбку и он, удовлетворившись проделанной работой, направился в сторону центра управления военно-исследовательской базы.

«Очень интересно, что произойдёт дальше», – попытался завязать он разговор с Терафимом.

«А то ты не знаешь», – напарник сейчас был похож на свернувшегося в клубок ежа и общаться не желал.

В центре управления собралось всё командование базы. Дежурный офицер по дальней связи вызывал лорда Мексина и одновременно пытался установить связь с кораблями, которые и были теми самыми точками белого и красного цветов, ранее виденными Поляковым на голографической карте в помещении с генераторами энергощита.

– Лорд Мексин, готовность поля фрактального искажения шестьдесят пять процентов! – произнёс дежурный офицер. – Эсминцы бэ-зет-эс шестьсот семьдесят семь, шестьсот девяносто два и восемьдесят четыре срочно уходите на посадочную площадку! Повторяю! Уходите на посадочную площадку!

Корабли обозначенные белым цветом двинулись в сторону планеты, а дежурный офицер повернулся к одному из операторов и приказал перевести замершие в немом молчании звёздные эсминцы в режим управления с базы. Искусственный интеллект подтвердил установление связи с управляющими модулями кораблей и красные точки на голографическом экране, сменив цвет на синий, начали двигаться в сторону базы.

Фрактальное поле уже занимало почти всю планету и оставалось лишь небольшое окно, куда и проследовали корабли под управлением интеллекта базы. Лицо дежурного посветлело и он попытался ещё раз вызвать лорда Мексина. Комиссар наблюдал всё это, стоя за их спинами и мысленно восхищался слаженностью работы людей, управляющих искусственным интеллектом базы.

«Что нравится слияние гуманоидов и машины? – проворчал Теф. – Ну смотри, смотри… И запоминай…»

«Что запоминать? – удивился комиссар. – Мы сделали то, что нам приказали – установили пластинки на атомарные абсорберы…»

«Босс! Ну как можно быть таким слепым?! – Теф возвёл глаза к небесам, роль которых сейчас выполнял светло-серый потолок центра управления. – Ты всё ещё так ничего и не понял?»

«Хватит темнить! – комиссара начала злить манера Тефа выставлять его недалёким деревенским болваном. – Поле сейчас установится и всё будет в порядке – вон и корабли уже достигли посадочных площадок!»

Пол базы едва заметно вздрогнул, а экраны квантовых компьютеров разом погасли. Прозвучал длинный сигнал тревоги, моргнул свет и экраны квантовых компьютеров базы ожили.

«Ну что, пессимист, убедился?» – произнёс комиссар и тут же осёкся – на экранах контроля за окружающим пространством планеты полностью отсутствовало поле фрактального искажения.

Оранжевые точки охватывали планету и разделялись на потоки. Один из таких потоков двигался прямиком к базе. Дежурный офицер подтвердил команду оператора об активации высшего уровня эшелонированной защиты базы. Но вместо закрывания взрывоустойчивых дверей, опускания локальных полей искажения и выдвижения плазменных турелей из стеновых ниш, искусственный интеллект управления выдал на экран сообщение о невозможности активации протокола защиты в связи с его отсутствием в базе команд. Дежурный офицер резким движением вскрыл кожух ручного запуска системы обороны и перевёл её в режим принудительного включения. На экране появились подтверждения о запирании дверей и об активации автоматических плазменных пушек в переходах и на внешнем периметре базы.

«Здесь что-то не так», – сработало профессиональное чутьё комиссара.

Он тихонько вышел в коридор и увидел всё те же гладкие серые стены и незапертые взрывоустойчивые двери. В следующем коридоре и нескольких за ним ситуация повторилась.

«Кто-то заблокировал систему безопасности, – догадка, что его использовали втёмную и в этот раз была очень неприятна. – Вот почему я спокойно смог добраться до генераторной!»

В конце одного из коридоров он увидел команду вооружённых тяжёлыми плазмерами солдат. Они уже соорудили баррикаду из серых шкафов с оборудованием и заняли удобные для обороны позиции. Их взгляды были прикованы к раскрытым дверям, ведущим в ангар с техникой для передвижения по поперхности планеты. Комиссар оказался в нужное время и в нужном месте – в ангар влетели ярко-оранжевые диски и плотной волной потекли по серому коридору. Солдаты открыли огонь из своих плазменных винтовок, но сгустки высокоионизированного и уплотнённого вещества не причиняли никакого вреда оранжевым дискам. По мере приближения к баррикаде, цвет дисков менялся с ярко-оранжевого на слепящий бело-жёлтый. Диски легко проникли через импровизированную преграду из металлических шкафов и напали на обороняющихся солдат. Диск выбирал себе цель, зависал над ней на мгновение и поглощал её целиком, чтобы затем схлопнуться и исчезнуть, оставив лежать на сером полу белоснежные доспехи и, ещё недавно хотевшее уничтожить его, оружие. Когда с защитниками баррикады было покончено, диски невозмутимо продолжили своё